Морски пътувания Казаков. Нападението и превземането на Варна през 1606

[iwan45]

Морски пътувания Казаков. Нападението и превземането на Варна през 1606 година.
Морски пътувания Казаков. Нападението и превземането на Варна през 1606.
Чудя се дали има някаква работа, изучаване на български историци в тема -морски пътувания на украинските казаци в първата 17 век? Казаците са често опустошиха крайбрежието на България(Варна 1606г. 1620г.,Мисиври ), и многократно опожаряван и ограбиха турски градове като Синоп, Трабзон, Самсун, Риза, а дори и квартал на Истанбул

[Guy de Mont Ferrand]

Аз също се интересувам, досега съм попадал само на откъслечни бележки и споменавания по тази интересна тема.

[iwan45]

Аз също се интересувам, досега съм попадал само на откъслечни бележки и споменавания по тази интересна тема.

-фрагмент книги руският историка В.Королева ,.Босфорска Война,, , на тема Козаков .
Нападението и превзамането Синоп , турски град, в 1614 година..-



през 1614 г., събитие, което е получил известност в Европа, извършване на зашеметяваща впечатление в Истанбул и ужасяващи в околностите на султана: казаците се от буря, разби и изгори Синоп. M,N Tikhomirov -историк нарече атаката "голямо събитие в началото на XVII век. в историята на кампаниите казаков.
Приблизително 10-21 август титла за годината (в края на август, нов стил) 2000 казаци от Днепър до Черно more9. Според някои полски, украински и руски автори, начело с командира си знаменит Запорожие, хетман Петро Konashevych Sagaidachnyi. Броят на корабите на флота е известна, но най-вероятно те са били около 40, като се приема със скорост от около 50 души на чайките (наречена цифрата от 100 плавателни съда, но е малко вероятно като малко вероятно за голям военноморски кампании, използвани от малки кораби). Първоначално флотилия се премества в устията на Дунав. Наемането на Мустафа каза, че казаци са били "ограбени от една страна, както обикновено, на село, разположена на брега на река Дунав и морето."
Това беше обаче, че командването на флотилията е много по-грандиозен, безпрецедентно и смели в концепцията план за стачка на Мала Азия, която е трябвало да минава през Черно море. Казаци дойде по-удобно на борда, в съответствие с набиране на персонал, като представители на "ренегат роби." Той е в плен, принудени преобразува в исляма, за страха от смъртта, служи на турците и успяват да избягат от плен. Именно тези бивши роби биха могли да посочат морски път, подходи към крайбрежните градове на Турция, топографията на района, ни разкаже за укрепления и т.н.
В флотилия прекоси морето в (както са формулирани от Т. Zolkiewski на латиница - "» RER diametrum) и излезе, очевидно в района на Трабзон, когато казаци, и започва да опустошава крайбрежието. Но основната цел на атаката е избран за Синоп, на квалификацията на С. Zolkiewski "на града е много богат, който е живял сам и не се смущавате със откакто били заловени Amurat първата (Мурад I, който управлява в годините 1359-1389 -. VK ) тази част на Мала Азия. " Населението на брега живее без страх ", защото нито един от тези казаци, нито от някой друг преди това, още от турците завладя Азия, никога не е имало тревожност и опасност." Синоп е известен с перфектното си местоположение, очарователен квартали, хубавото време и цветист език на изток да бъде наречен "Град на влюбените" ("Medinet alushshak).
Казаци, разбира се, привлечени от красотата на града, а не на околната среда. Той е мощен военноморска база в най-голямата корабостроителница в Турция на Черно море империя, "Морски арсенала свод на великия султан. Синоп крепост Евлия Челеби описва като "непристъпни и много солидна, построена от камък, с железни сгъваеми врати, има три нива високо на хълма, който е обиколка от 6100 бойни кули и във вътрешността на крепостта и няколко кули. Харбър Синоп, на същото описание, бе счетено за отлично, пристанището плавателни съдове, "от всички квартали на вятъра, може би най-добрите в района на Черно море, с изключение на Balaclava.
В флотилия отиде в Синоп. Атаката срещу града, според историците "се проведе майсторски." Това се случи през нощта и беше напълно неочаквано. Местният гарнизон войници, екипи, както и населението, включено невероятна паника. С помощта на стълби казаци щурмува крепостта, заловени на крепостта, корабостроителницата, галерии и един град. "Влизане в тази древна крепост, те - каза Мустафа заетост - да го убие всички вярващи, ограбени ihdomy, което представлява увеличение от съпругите и дъщерите си ..." В други преводи за наемане на работа, обаче, не говоря за избиването на мюсюлмани, и че че казаци са били "убити гарнизона и убит" всеки мюсюлманин, който се натъква на пътя им, но със сигурност кръвта изля много. Всички християнски роби, бяха освободени, и радостта им не е дал описание.
Според Мустафа Наемането, казаци, осветление Синоп "от всички", "напомня този красив град в пустинята." Полски автор пише, че Синоп е превърнало в "купчина баластра и пепел, и С. Zolkiewski в доклад на Сейма заяви, че султанът арсенал, отмъщение, кухнята - всичко, което е отишло с дим" и че казаци "турците извършили загуба от 40 млн. евро ( PLN -. VK), без да се броят на хората ". Натоварени на чайка огромна плячка, "пълен" и част от освободени роби, казаците тихо напуснал пристанището на Синоп, и изглеждаше на турците ", бяха разпръснати в морето."
Половината от случаите е направено: в сърцето на турската малки loaziyskogo бряг, причинени огромни щети на Османската военните и военноморските сили и голяма офанзива удар върху престижа на империята. Остана безопасно завръщане у дома. Posoobscheniyu, изпратени в една и съща 1614 Сигизмунд III на турския везир, казаците не успя. Imperial флот, който е в Акерман, да ги заловени близо до Очаков, "и там с Божията помощ, някои от тях били нарязани с ножове, а други се удавили в морето, а някои ... избягали.
Има и по-подробни източници на новини, въпреки че противоречиви. Обобщаване тях, DI Evarnitsky една от опциите в края на експедицията е както следва. Rumeliysky Бейлербей (управител) Ахмед паша, събиране на четири хиляди еничари и много други хора, сложи армия в много галерии и обувки, се втурнаха към устието на Днепър, се чака завръщането на казаците в пътища Haziler Heremih (през войните) и разпорежда да се доставят към пистолета Очаков от Акерман. Казаци, опитвайки се да се прекъсне миналото каза тракт, воюва смело, но в крайна сметка са победени, са били убити и потънал, и само малка част от тях могат да пробият.
В друга версия, съдържаща се в доклада на С. Zolkiewski, каза, че по заповед на султана Бейлербей направи домакин на земя, и флота Али паша - към морето. Последният "в пристанището Ochakovo беше от засада, който се спъна и не знае за нея казаци. 18 чайки успя да се измъкне от оръдие огън и отварям. Екипажите на други плавателни съдове е трябвало да "скочи" до крайбрежието и изчезне. В ръцете на турците са били хвърлени чайки и на част от продукцията Синоп. "Али паша връщат в триумф."
Третата версия е представена на източници на МС Grushevskii. Ахмед паша, отпътуваха за региона Днепър, реши да се възползва от флота казашки изненада в Очаков и изпращат кораби от Акерман. В Очаков е изпратен от ескадрилата Истанбул, под командването на Али Паша. "Но казаци са били на път за това предупреждение и се разделят на две страни. Някои отидоха на байпас: брега на север от устието на Днепър, замислена, за да влачите лодките си по суша и да се избегне засадата, но тук те атакуват татари и казаци са загубили много хора и производство. Друг е осъществена чрез устието Ochakivs'kyi и загуби много от производството, като са били длъжни да се улесни чайки хвърлят dobychuvliman; за ilyudey загубен, но в крайна сметка все още се извършва пътя си към дъното (в лагера - ВК.).
Ние добавяме, че Мустафа Наемането дължи първостепенна роля Shakshaki Ибрахим паша, който, след като научи за ... нападение, на шестдесет малки кораби отиде за защита на бреговете на Черно море. Voshed в реката, през която е трябвало да преминат тези кучета, той беше оставен да ги пазят, но по дяволите, това посещение, на едно място, на брега на Черно море слезе, сложи кораб във връзка с шейна (kyzak) и се отправя към тях vstaschit суша в началото на реката . Но група от татарите ги нападнат, да се присъединят битка, имоти и семейството откраднати от Синоп, бяха оставени на място, от казаци, които отидоха в плен, и на загиналите във войните. Ибрахим паша промени по маршрута и гледах, когато разбойниците ще оставят остатъци. Той беше там срещу онези, които избягали от ножа, и от тях и който е бил пленен и който е бил убит. В първите дни на Рамадан (септември 25-29 -. VK) Ibragimov войници доведе до прага (в Истанбул -. VK), двадесет и сорго казаци ограничени.
От другите трансфери Наемането вижда, че Shakshaki Ибрахим паша охрана на устието на река Дунав, където той отиде да се намеси на казаците до устието на река Днепър, татарите ги нападнат, когато те са, влачейки лодките си на ролки, вече ги потапя в реката, ITO някои от чайки е отидете в атака татарски, но те са били преследвани, уловени или потъна наричат Пасха, че 20 затворници са били предоставени казаци голяма Wazir в ръцете на "пратеници пристигнали от Синопа на жалбата да се предположи, че беззаконието казаци."
За съжаление, казашки източници за кампанията през 1614 г. неизвестен. Турските новини, обикновено много пъти преувеличават враг загуби. Изглежда, че в този случай пълно поражение на казаците каже "не". Обикновено добре информирани в обявлението Zolkiewski povet С. Sejmik 1615гр. съобщиха, че при завръщане от Синоп флотилия казашки загуби в убити и ранени не се походи по-голямата част от участниците, и около 200 души. Да, и 20 затворници доведени до "столица на света, не е достатъчно, за да потвърдите истински триумф.
В Истанбул във връзка с унищожаването на любопитни събития Синоп разгъната. "Ние казваме - четете в областта на заетостта Мустафа - че един пратеник след друг щеше да дойде ... доклади във връзка с атаката, която Синоп, претърпени от казаци, и че когато император (sultan. - ВК) поиска от велик везир Избършете паша относно истинността на този въпрос, каза той, макар и лъжливо, че той не знаеше нищо за това. Императорът обаче не е удовлетворена от този отговор, и призова за информация на учен мюфтия (юрист, богослов, издаден от фетва - с писмено становище по важни правни въпроси -. VK), който без колебание му казах истината. Императорът бил много ядосан на голяма везир на истината, която той го е казал. "
С. Zolkiewski 20 октомври 1614 информира на царя, че султанът "беше толкова бесен, че той е на ред да се мотае везир, а той успява да избяга само по желание на съпругата си, дъщеря си и другите" бели глави "(жени), но султанът го победи buzdy -Хан (длето), тъй като слух се разпространява из столицата. От гнева на султана, която продължи канцлер, суха паша, водена от факта, че набързо изпрати казаци Beyle
!

[Guy de Mont Ferrand]

Ваня, по-добре на руски направо или какъвто е там езика. Translator нет хороший.

[iwan45]

Ваня, по-добре на руски направо или какъвто е там езика. Translator нет хороший.

По-русски можно. Если кто-то понимает?

[Guy de Mont Ferrand]

По-русски можно. Если кто-то понимает?

Можно. Така, както е по-горе, пък съвсем нищо не се разбира - так как въйше ничего понимается в целом.

[Thorn]

Мы говорим по русски

[iwan45]

Нападението на Синоп през 1614 година ..-(на русском языке)

Через несколько десятков лет, в 1614 г., произошло событие, получившее известность в Европе, произведшее ошеломляющее впечатление в Стамбуле и вызвавшее ужас в окружении султана: казаки взяли приступом, разгромили и сожгли Синоп. М.Н. Тихомиров называет это нападение «крупнейшим событием начала XVII в. в истории казацких походов»8.
Приблизительно 10—21 августа названного года (в конце августа по новому стилю) 2 тыс. казаков вышли из Днепра в Черное море9. По мнению ряда польских, украинских и российских авторов, возглавлял их прославленный запорожский военачальник, гетман Петр Конашевич Сагайдачный. Число судов этой флотилии неизвестно, но скорее всего их было около 40, если исходить из расчета примерно по 50 человек на чайке (называлась и цифра в 100 лодок, но она менее вероятна, поскольку вряд ли для большого морского похода использовались малые суда). Первоначально флотилия двинулась к устьям Дуная. Мустафа Найма сообщает, что казаки «разграбили сперва по обыкновению деревни, лежащие по берегам реки Дуная и при море».
Оказалось, однако, что командование флотилии имело куда более грандиозный, небывалый и дерзкий по замыслу план нанесения удара по Малой Азии, для чего требовалось пересечь Черное море. Казакам очень пригодились взятые на борт, согласно Найме, в качестве проводников «рабы-отступники». Речь идет о пленниках, насильно принявших ислам, из страха смерти служивших туркам и сумевших вырваться из неволи. Именно эти бывшие рабы могли указать морской путь, подходы к приморским городам Турции, топографию местности, рассказать об укреплениях и т.п.
Флотилия пересекла море поперек (как выражался С. Жолкевский на латыни — «реr diametrum») и вышла, по-видимому, в район Трабзона, где казаки и начали опустошать побережье. Но главным объектом нападения был избран Синоп, по характеристике С. Жолкевского, «город очень богатый, живший в покое и не тревожимый с тех пор, как захвачена была Амуратом Первым (Мурадом I, правившим в 1359—1389 гг. — В.К.) та часть Малой Азии». Население этого побережья жило не зная страха, «ибо ни от тех казаков, ни от кого другого перед тем, с тех пор, как турки Азией завладели, никогда там не было тревоги и опасности». Синоп славился прекрасным местоположением, прелестными окрестностями, великолепным климатом и на цветистом восточном языке прозывался «Городом любовников» («Мединет альушшак»).
Запорожцев, разумеется, привлекали не красоты города и окрестностей. Это была мощная военно-морская база Турции, крупнейшая черноморская верфь империи, «морское оружейное хранилище великого султана». Синопскую крепость Эвлия Челеби характеризовал как «неприступную и очень прочную», построенную из камня, с железными двустворчатами воротами, располагавшуюся тремя ярусами на высоком холме, имевшую по окружности 6100 бойниц и внутри цитадель с несколькими башнями. Гавань Синопа, по этому же описанию, считалась превосходной, дававшей убежище судам «от всех четвертей ветра», едва ли не лучшей в Причерноморье, если не считать Балаклаву.
Флотилия подошла к Синопу. Нападение на город, по мнению историков, «было осуществлено мастерски». Оно произошло ночью и оказалось совершенно неожиданным. Солдат местного гарнизона, экипажи судов и население охватила невероятная паника. С помощью приставных лестниц казаки ворвались в крепость, захватили цитадель, верфь, галеры и целый город. «Вступив в эту древнюю крепость, они, — сообщает Мустафа Найма, — умертвили в ней всех правоверных, ограбили ихдомы, увели жен и дочерей...» В других переводах Наймы, правда, говорится не о поголовном истреблении мусульман, а о том, что казаки «вырезали гарнизон» и убивали «каждого мусульманина, попадавшегося им на пути», но крови, конечно, пролилось много. Все христианские невольники получили свободу, и их радость не поддавалась описанию.
Согласно Мустафе Найме, запорожцы, зажегши Синоп «со всех концов», «обратили этот прекрасный город в пустыню». Польский автор пишет, что Синоп превратился «в груду щебня и пепла», а С. Жолкевский в отчете сейму говорил, что султанский арсенал, талионы, галеры — «все то пошло с дымом» и что казаки «учинили убытка туркам на 40 миллионов (злотых. — В.К.), не считая людей». Погрузив на чайки громадную добычу, «полон» и часть освобожденных рабов, запорожцы спокойно вышли из синопской гавани и, как показалось туркам, «рассеялись по морю».
Половина дела была сделана: в самом центре турецкого ма-лоазийского побережья нанесен громадный урон османской военной и морской мощи и большой, оскорбительный удар по престижу империи. Оставалось благополучно вернуться домой. Посообщению, присланному в том же 1614 г. Сигизмунду III от турецкого везира, казакам это не удалось. Имперский флот, находившийся в Аккермане, перехватил их под Очаковом, «и там с божьей помощью одни были порублены саблями, другие в море потоплены, а некоторые... бежали».
Есть и более подробные известия источников, хотя и противоречивые. Обобщив их, Д.И. Эварницкий один из вариантов окончания экспедиции представляет следующим образом. Румелийский бейлербей (наместник) Ахмед-паша, собрав 4 тыс. янычар и «множество другого народа», посадил свое воинство на многие галеры и сандалы, бросился к устью Днепра, стал поджидать возвращения казаков в урочище Хазилер Херемих (Переправа Воинов) и велел доставить к Очакову пушки из Аккермана. Казаки, пытаясь пробиться мимо упомянутого урочища, мужественно сражались, но под конец потерпели поражение, были убиты и потоплены, и лишь незначительное их число смогло прорваться.
Другая версия, содержащаяся в отчете С. Жолкевского, говорит, что по приказу султана бейлербей выступил с войском сушей, а Али-паша с флотом — морем. Последний «в Очаковском порту стал в засаду», на которую и наткнулись не ведавшие о ней казаки. 18 чайкам удалось уйти из-под пушечного огня и прорваться. Экипажам прочих судов пришлось «выскочить» на берег и рассеяться. В руки турок попали брошенные чайки и часть синопской добычи. «Али-паша возвратился с триумфом».
Третья версия изложена по источникам М.С. Грушевским. Ахмед-паша, двинувшийся к Поднепровью, решил захватить казачью флотилию врасплох в Очакове и направил туда корабли из Аккермана. В Очаков была послана из Стамбула эскадра под начальством Али-паши. «Но казаки вовремя получили об этом предостережение и разделились на две партии. Одни отправились в обход: высадившись к северу от устья Днепра, задумали перетянуть свои лодки сухим путем и обойти засаду; но здесь напали на них татары, и казаки потеряли много людей и добычи. Другие пошли напролом через Очаковский лиман и тоже потеряли много добычи, так как принуждены были для облегчения чаек бросать добычувлиман; порядком потеряли илюдей, но в конце концов все-таки пробрались на Низ (в Сечь. — В.К.)».
Добавим, что Мустафа Найма отводит главную роль Шакшаки Ибрахим-паше, который, «узнав о... набеге, на шестидесяти мелких судах отправился для защиты берегов черноморских. Вошед в реку, через которую должны были переправляться эти собаки, он остался сторожить их; но проклятые, проведав об этом, в одном месте на берегу Черного моря сошли, поставили судна свои на санки (кызак) и вздумали встащить их по суше до вершины реки. Но шайка татар напала на них; завязалось сражение; имения и семейства, похищенные из Синопа, были оставлены на месте; из казаков же кто достался в плен, а кто погиб в битве. Ибрагим-паша переменил маршрут и наблюдал, где выйдут остатки разбойников. Он пошел против тех, которые избегли меча, и из них также кто попал в плен, а кто был убит. В первых днях рамазана (25—29 сентября. — В.К.) Ибрагимовы воины привели к Порогу (в Стамбул. — В. К.) двадцать человек кяфиров-казаков скованными».
Из других переводов Наймы видно, что Шакшаки Ибрахим-паша охранял устье Дуная, откуда пошел на перехват казаков к устью Днепра, что татары напали на них, когда те, перетащив свои суда на катках, уже спускали их в реку, ито некоторым из чаек удалось уйти до татарского нападения, но их преследовал, потопил или захватил названный паша, что 20 пленных казаков были выданы великим везиром в руки «гонцов, прибывших из Синопа с жалобой на допущенное казаками беззаконие».
К сожалению, казачьи источники о походе 1614 г. неизвестны. Турецкие же известия, как правило, во много раз преувеличивали потери противника. Похоже, что и в данном случае о полном поражении запорожцев говорить не приходится. Обычно хорошо информированный С. Жолкевский в уведомлении поветовому сеймику 1615г. сообщал, что при возвращении из Синопа казачья флотилия потеряла убитыми и ранеными отнюдь не большинство участников похода, а около 200 человек. Да и 20 пленников, привезенных в «столицу мира», маловато для подтверждения подлинного триумфа.
В Стамбуле в связи с разгромом Синопа разворачивались любопытные события. «Говорят, — читаем у Мустафы Наймы, — что один посланец за другим прибывал... с сообщением, касающимся нападения, которое Синоп перенес от казаков, и что когда император (султан. — В.К.) спросил у великого везира Насух-паши относительно правды об этом деле, тот заявил, хотя и ложно, что ничего не знает об этом. Император, однако, не был удовлетворен этим ответом и обратился за сведениями к ученому муфтию (богослову-правоведу, выдававшему фетвы —- письменные заключения по важным юридическим вопросам. — В.К.), который без колебаний сказал ему правду. Император был чрезвычайно сердит на великого везира за неправду, которую тот ему сказал».
С. Жолкевский 20 октября 1614 г. извещал короля, что султан «так был взбешен, что хотел было приказать повесить везира», и тот спасся только благодаря просьбам жены, дочери и других «белых голов» (женщин), однако падишах бил его бузды-ганом (чеканом), о чем разнеслась молва по всей столице. От гнева султанского, продолжал канцлер, Насух-паша отвелся еще и тем, что спешно послал на казаков бейлербея и иных пашей с войском. Позже оказалось, что С. Жолкевский ошибался: до него просто не успела дойти весть о том, что 17 октября великий везир был казнен10.
Венсан Миньо передавал, что в Стамбул пригнали захваченное казачье судно и 15 пленников (видимо, тех, которых у Наймы было 20), но везир присоединил «к сему кораблю» еще 15 таких же, вооруженных пушками из столичного арсенала, а к 15 казакам добавил 400 невольников, «и все сие как бы плененное ополчение с великим торжеством» ввел в Золотой Рог перед глазами падишаха. Капудан-паша, хотя ему «не меньше было нужно выдавать оное за правду», «не отважился молчать». Об этой инсценировке, как и о финансовых махинациях везира при строительстве галер, узнал муфтий, а сын алеппского паши обратился к султану с жалобой на взяточничество Насуха и сокрытие им от его величества мятежа в Грузии. По приказу Ахмеда 1 великого везира задушили петлей в собственном доме.
Через четверть века, в 1640 г., в Синопе побывал Эвлия Челеби. «Жители города, — записал он, — имеют хатт-и хумаюн (султанский рескрипт, равный по силе государственному закону. — В.К.) на то, чтобы убить коменданта, если он удалится от крепости на расстояние пушечного выстрела. И потому комендант не смеет отойти от крепости ни на шаг. [А причина вот в чем]. Во времена султана Ахмед-хана казаки захватили эту крепость в результате внезапного налета ночью... Позднее крепость была освобождена, в ее Нижнем укреплении было размещено 50 капу-кулу, [привезено] много кантаров (мера веса, равная 56,4 кг. — В.К.) пороха, [установлены] большие и малые пушки. Начиная с того времени каждую ночь вплоть до наступления утра по 200 воинов со своими б¸люкбаши и чавушами (командирами подразделений. — В.К.) несут дозорную и караульную службу. И эта стража, оснащенная барабанами и рожками, постоянно выкрикивает [слова]: "Не дремлет стража внутри крепости", и от бойниц провозглашает: "Аллах един!" Таким образом еженощно стража показывает, что крепость готова к бою». «И хотя кяфиры неоднократно устраивали осаду, — завершал рассказ Эвлия, — но каждый раз были отбиты залпами пушек. Слава всевышнему, со времени [воцарения] Мурада IV (т.е. с 1623 г. — В.К.) они не приходили».

[iwan45]

Нападението Казаков на град Несебър (Полуостровът на Несебър - древният град Месембрия) в 1612 година ..- и нападението на кварталы Истанбула в 1615 год. -



Первое известное в настоящее время нападение казаков на район, прилегающий к черноморскому устью Босфора, можно отнести к 1613 г. В заметке иеромонаха Митрофана из монастыря Иоанна Предтечи близ Сизеболы, сделанной в 1616 г., говорится, что казаки «в год 7120 (1612 г. — В.К.) в месяце апреле дошли до Месимврии (обычно Месемврия, турецкая Мисиври, ныне болгарский порт Несебыр. — В.К.) и ограбили и погубили. А на следующий год дошли до Агафополя и его ограбили, а напоследок его сожгли». Ахтеболы (Агафополь, Ахтопол) располагался сравнительно недалеко от Босфора.
Предшествующие строки заметки Митрофана, где отмечены более ранние казачьи набеги на болгарское побережье, свидетельствуют о том, что речь идет о казаках «из Малой России», т.е. о запорожцах, и что приходили они «на так называемых фустах». Фустами назывались распространенные на Средиземном море малые галеры, быстроходные гребные суда длиной около 27 м, легкие и маневренные парусно-гребные суда ускоков, вмещавшие до 50 человек, и небольшие турецкие суда, являвшиеся длинными лодками, но в заметке, конечно, имеются в виду чайки.
В целом из текста Митрофана видно, что казаки действовали успешно и нигде, в том числе в Ахтеболы, не встречали никакого существенного сопротивления, за исключением набега на Варну, в ходе которого «были убиты многие из них ромеями» (греками). Нападение на Ахтеболы, хотя и происходило в относительной близости к Босфору, не было, однако, набегом на поселения самого пролива.
По сути, единственными источниками, повествующими о первом походе казаков именно на Босфор, являются отчеты С. Жолкевского, с которыми он выступал на сеймах в Варшаве в 1618 и 1619 гг. Этот крупный государственный деятель Польши был старым врагом днепровских казаков, считая их «озверевшим хлопством», «сволочью» и «злодеями», но по своей деятельности имел к ним тесное отношение и был хорошо информирован об их делах.
Согласно первому упомянутому отчету, в 1615 г. казаки отправились в море флотилией, насчитывавшей до 80 судов, добрались до турецкого побережья, «ударили близ Константинополя между Мизевной и Архиокой» и «те два порта спалили». Султан Ахмед I «был там вблизи на охоте, видел из своих покоев дымы» и, «ушедши, очень разгневанный», отправил флот против казаков. Однако те, не опасаясь неприятеля, «не уходили, но грабили», и удалились только по завершении дела.
В отчете на сейме 1619 г. С. Жолкевский снова упомянул об этом набеге. «Я, — говорил канцлер, — уже на прошлом сейме показал убедительно, какие шкоды чинят (казаки. — В.К.), когда на море наезжают, грабя селения турецкого цесаря, показал и по карте, какими местами заступают сторону турецкого цесаря, который в Константинополе, из окна глядя, видел дымы, — от чего имели горе. И как же это мог принять за благо турецкий цесарь, который ни от кого не охоч получать оскорбление? Несколько десятков стародавних главных городов ему funditus (латинское: до основания, совершенно. — В.К.) разорили, не считая мелких, которых очень много пожгли, опустошили».
Здесь, как видим, есть небольшое расхождение с предыдущей, более близкой к событию информацией: султан наблюдал дымы пожарищ из Стамбула. Но эта фраза, которую надо понимать в обобщенном смысле, внятно показывает, что казачьи погромы происходили в непосредственной близости от османской столицы. И, конечно, такой набег был прямым «оскорблением величества».
Историки датируют поход весенним периодом 1615г.: согласно П.А. Кулишу и Д.И. Эварницкому, экспедиция началась «на провесни», по М.С. Грушевскому, тотчас с наступлением весны, у многих авторов — весной. У В.А. Сэрчика, который пишет, что в начале 1615 г. казаки вторглись в пределы Литвы, а несколькими неделями позже совершили набег до Стамбула, видимо, также получается весна. Хотя С. Жолкевский вопреки твердым указаниям первых названных историков, даже «цитирующих» источник, прямо не упоминал весну, но он говорил: «Пришел год 1615, тотчас казаки собрались...» и т.д. Поскольку вряд ли поход начался еще зимой, скорее всего, действительно имелось в виду начало весны.
Говоря о набеге 1615г., нельзя не сказать о тогдашнем руководителе Запорожской Сечи П. Сагайдачном. «Не осталося почти турецкого и татарского города во всей окружности Черного моря, который не почувствовал его посещения, — пишет Г.Ф. Миллер. — Пришед иногда и под Константинополь, окололежащие места разграбил и опустошил». «С избрания в гетманы Петра Конашевича, прозванного Сагайдачным, — замечает Ф. Устрялов, — ни Крым, ни цветущие малоазиатские города, ни самые окрестности Константинополя не имели покоя от казаков...» «Смелость, быстрота и разрушительность... набегов (на Малую Азию в 1610-х гг. —В.К.), — читаем еще у одного автора, —превосходят всякие описания; такой силы они не имели ни до, ни после Сагайдачного и должны быть приписаны его военному гению. Они подняли всю Турцию на ноги».
В последних утверждениях, может быть, содержатся некоторые преувеличения, но в целом выдающаяся роль П. Сагайдачного в казачьей морской войне, в том числе его роль в организации босфорского похода 1615 г., кажется, не вызывает сомнений. Имя руководителя набега неизвестно, но не исключено, что его возглавлял сам гетман, в чем убежден Д.И. Эварницкий. Источники не сообщают число участников похода, однако некоторые авторы называют конкретные цифры: 5 тыс. или 4 тыс. казаков. В принципе указанные числадопустимы, так как в первом случае на одну чайку приходилось бы 62—63 человека, во втором — 50, и такой состав экипажей приемлем12.
Мы не знаем и конкретный маршрут похода. Ю. Третяк полагает, что запорожцы шли к малоазийским берегам «серединой моря», как в предшествовавшем году к Синопу. Но если путь «серединой» к Синопу или Трабзону вполне разумен, то для нападения на Босфор (о казачьих атаках других пунктов в Мачой Азии в ходе данной экспедиции С. Жолкевский не упоминает) сечевикам, видимо, удобнее было бы идти западной частью Черного моря, в соответствии с направлением течения. Впрочем, если верно сообщение Иоганна-Иоахима М¸ллера о том, что запорожцы в 1615 г. «опустошили Фракию, Вифинию (область на северо-западе Малой Азии, примыкавшую к азиатской части Прибосфорского района. — В. К.) и Пафлагонию, разорили Трапезунт с портом, арсеналом и триремами», то фронт действий был очень широк и охватывал побережье Румелии и Анатолии.
Относительно указанных С. Жолковским непосредственных объектов казачьей атаки на Босфоре — Мизевны и Архиоки13 — в литературе существует полная неопределенность. Предлагаются следующие варианты:
1. П.А. Кулиш и Н.И. Костомаров определяют эти объекты как пристани невдалеке от Стамбула или в его окрестностях. Эти же окрестности фигурируют у Д.И. Эварницкого, деревни в близких окрестностях Стамбула — у Адама Валяшека, предместья столицы, бывшие одновременно и ее портами, — у Збигнева Вуйцика, стамбульские предместья — у Н.С. Рашбы, Лешека Подхородецкого, Адама Пшибося, Ю.А. Мыцыка, местность «у самой турецкой столицы» — у В.А. Голобуцкого.
2. Ряд авторов полагает, что казаки атаковали сам Стамбул, были под его стенами14. Мизевна и Архиока определяются М.С. Грушевским и М.А. Алекберли как порты Стамбула, Ю.П. Тушиным — как порты «непосредственно в районе Стамбула»15, Я.Р. Дашкевичем — как пристани столицы, В.А. Голобуцким и Д.С. Наливайко — как портовые сооружения или причалы Стамбула.
3. У некоторых авторов встречается утверждение, что казаки в 1615 г. «сожгли гавани Мизевны и Архиоки» или гавани на Босфоре.
4. В.А. Голобуцкий, первоначально считавший, что в Мизевне и Архиоке располагались портовые сооружения столицы, в более поздней работе определил их как портовые сооружения Босфора. В упомянутой выше работе фигурируют гавани именно Босфора, но этот пролив почему-то назван заливом.
Третий вариант должен быть без колебаний отвергнут, поскольку «сжечь гавани» в действительности было невозможно: гаванью называется прибрежная часть водного пространства, служащая местом стоянки судов, или часть портовой акватории, которая прилегает к причалам и служит для производства грузовых операций. Полагаем, что верным является определение Мизевны и Архиоки как портов, селений на Босфоре: это полностью соответствует источнику, где они упоминаются как порты близ Константинополя. Называть же Мизевну и Архи-оку портами Стамбула можно только в расширительном толковании.
До сих пор никто из историков не пытался выяснить по карте, о каких же конкретно пунктах говорится в отчете С. Жолкев-ского. Мизевна и Архиока в доступных нам источниках XVII в. не встречаются, и на этом основании мы считаем, что следует обратиться к босфорской топонимике предшествующего, византийского времени. К сожалению, Мизевну и при таком обращении идентифицировать не удается, но Архиока С. Жолкев-ского — это, несомненно, византийский Архиве, т.е. позднейший Ортак¸й. В XVII в. он действительно располагался в самой непосредственной близости к Стамбулу, а ныне является его частью. Надо полагать, что Мизевна находилась где-то недалеко от Ортак¸я16.
Что именно подверглось казачьему разгрому и разграблению в Мизевне и Архиоке, источник не сообщает, а историки, помимо «сожжения гаваней», скупы на предположения. По М.А. Алекберли, запорожцы захватили много портового имущества, согласно Г.А. Василенко, сожгли портовые сооружения и потопили несколько кораблей. А. Кузьмин считает, что казаки «разграбили по берегам Босфора... множество богатейших загородных дворцов и домов турецких сановников», захватив «богатейшую добычу». В отличие от этих умозрительных предположений, определив Архиоку и имея общее представлен ие о тогдашнем Ортак¸е (напомним, что, по Эвлии Челеби, там насчитывалось большое число прибрежных дворцов и 200 торговых заведений), мы можем быть уверены, что объектом грабежа как раз и стали дворцы османских сановников, торговые лавки и склады и что добыча в самом деле оказалась очень богатой.
Отметим здесь некоторые неточности в литературе и авторские «додумывания», связанные с походом. В.А. Голобуцкий, а за ним и еще ряд историков превращают охоту Ахмеда I в рыбную ловлю. Группа авторов заставляет султана видеть не только дымы, как в источнике, но и огонь, пламя, «большие языки пламени» пожаров, хотя нам неизвестно, сколь близко от Мизевны и Архиоки находился падишах. «Поэтическим» преувеличением следует считать утверждение В.А. Голобуцкого, что турецкая столица собственными глазами увидела казаков, если, конечно, в ходе операции чайки не спускались по Босфору непосредственно к Галате и Золотому Рогу (вообще это было возможно даже нечаянно для казаков).
Наконец, некоторые авторы эмоционально пишут об испуге султана, страхе и смятении его и населения Стамбула, о поспешном бегстве властителя в столицу. Гнев и досада султана на запорожцев, появившихся в Босфорском проливе, неподалеку от Стамбула, да еще у места высочайших личных развлечений, вполне объяснимы и понятны, как и вероятны тревожные толки в столице, но для акцентирования личного испуга и страха султана пока нет прямых указаний источников17.
О втором этапе экспедиции 1615 г. С. Жолкевский рассказывает следующим образом. Посланные против казаков турецкие «корабли и галеры» «догнали их лишь против устья Дуная; казаки бросились на них и побили турок, самого их вождя пленили раненого, который за себя давал 30 000 (злотых. — В.К.) выкупу, но умер». Часть галер запорожцы захватили, прочим удалось бежать. «Казаки, оные (взятые. — В.К.) галеры в лиман (Днепровский. — В.К.) приведя, сожгли под Очаковом».
Отдельные авторы представляют себе «драматическую погоню османских кораблей за казацкими чайками» как непосредственное преследование: турецкий флот погнал казаков к Дунаю; гонимые этим флотом казаки оказались у Дуная. Однако, скорее всего, такого прямого преследования, при котором противники находились в пределах видимости друг друга, вовсе не было, и османская эскадра шла вдогонку, представляя примерно маршрут движения отходившей запорожской флотилии.
«После многих усилий, — пишет 3. Вуйцик, — турки догнали казаков при впадении Дуная в Черное море. Произошло событие не менее изумительное, чем нападение на Царьград. Казаки, находившиеся, казалось бы, в гибельном положении, атаковали турецкие корабли, толпы молодцов ринулись на галеры. Дошло до ожесточенного и кровавого рукопашного боя с османскими моряками. С момента, когда казаки ворвались на палубы мусульманских судов, беспримерное поражение турок было предрешено».
С такой предполагаемой картиной сражения, пожалуй, можно согласиться, за исключением начального гибельного положения запорожцев, или, как еще можно перевести автора, их гибельных позиций. Об этом не имеет смысла говорить, поскольку мы не знаем ни состава столкнувшихся отрядов, ни обстоятельств их встречи, ни конкретных условий боя. Предполагать же априори, что в любом столкновении турецких галер с казачьими судами последние оказывались в гибельном положении, было бы неверно.
Некоторые историки считают, что казаки совершили нападение на османские корабли, дождавшись темноты, и что, следовательно, бой был ночным. Очевидно, такое мнение основывается на описанной Г. де Бопланом казачьей тактике нападения на вражеские суда. Этот наблюдатель говорит, что, «заметив неприятельское судно, казаки тотчас убирают мачты, справляются о направлении ветра и стараются держаться за солнцем до вечера. Затем, за час до захождения солнца, они начинают быстро идти на веслах к кораблю или галере, пока не подойдут на расстояние одной мили, чтобы не потерять судна из вида, и так наблюдают за ними почти до полуночи. Тогда, по данному сигналу, казаки изо всех сил налегают на весла, чтобы скорее достичь неприятельских кораблей, между тем как половина казаков держится готовой к битве и только ожидает абордажа, чтобы проникнуть на корабль, экипаж которого бывает сильно поражен недоумением, видя себя атакованным 80 или 100 судов, с которых валит на корабль масса вооруженных людей и в один миг овладевает им (число казачьих судов, атакующих один неприятельский корабль, конечно, безмерно преувеличено. — В.К.)».
Так ли произошло в данном случае, мы не знаем, и из сообщения С. Жолковского не видно, кто первым заметил неприятеля — казаки нагонявших их турок или последние казаков.
По информации источника, сражение происходило близ устья Дуная, однако В.А. Голобуцкий переносит это событие на десятки миль к северо-востоку, к Днепровскому лиману. Турецкий флот, утверждает автор, догнал казаков вблизи Очакова, и бой состоялся у Очакова18. Если здесь не случайное отступление от источника, то можно предположить, что причиной переноса места сражения послужило неверие В.А. Голобуцкого в способность казаков управлять захваченными галерами
Блестящий успех казаков в морском сражении подчеркивается и их дальнейшими действиями: большими силами они напали на окрестности Очакова, увели стада скота и приступали к городскому замку, после чего благополучно вернулись домой.
Неслыханную смелость запорожцев, «попутавших мусульман близ самого главного гнезда их», отмечают многие историки. Экспедиция 1615 г., повыражению Л. Подхородецкого, граничила «попросту с дерзостью», но, «что самое удивительное», казакам удалось одержать победу над мощным османским флотом. Хотя этот поход был, «как в пословице, вкладыванием головы в пасть льва»21, замечает 3. Вуйцик, счастье оказалось на стороне храбрых, и они «не только засветили заревом пожарищ в очи самому султану», но и нанесли поражение его флоту, и в целом экспедиция к Стамбулу оказалась «деянием поистине необыкновенным»: «Со времени, когда турки стали господами этого города, т.е. уже полтора века (если точно, то 162 года. — В.К.), никакой враг не появлялся под стенами султанской столицы...»
В самом деле, набег 1615 г. — первая экспедиция казаков на Босфор, твердо и точно устанавливаемая по источникам22, и отсюда вытекает ее принципиальное значение. Проведав дорогу в центр Османской империи, к окрестностям ее столицы и поняв всю важность сделанного «открытия», казаки, без сомнения, не должны были ограничиться единичным набегом. К тому же не увенчалась успехом и попытка Турции наказать запорожцев за вторжение на Босфор.

[monte christo]

Иван Много интересно с тези морски нальоти на запорожките казаци. Доста дръзки луди кратуни. Впечатлен съм и от султанския указ (ако съм разбрал правилно), с който жителите на Синоп имат право да убият управителя на града, в случай, че се отдалечи на по-голямо разстояние от пушечен изстрел, и си седи в крепостта без да мръдне, както и от факта със среднощните рефрени на караула

Заради едните казаци, и великият везир го е отнесъл, с тази постановка дето сътворява с "пленниците"

[komita1966]

Относно превземането на Варна 1605

"В 1605 году, будучи уже кошевым атаманом, Сагайдачный совершил свой первый морской поход, принесший ему славу. В Черном море в районе города Варна он напал на турецкую эскадру из 10 больших галер, защищавшую город. Потопив вражеские корабли, Сагайдачный высадился на берег и штурмом взял городские укрепления. С большой добычей, а главное, освободив множество невольников, он с почетом вернулся на Запорожье. В последующие годы Сагайдачный продолжает совершать морские походы на побережье Анатолии, опустошает турецкие города и вмешивается во внутренние дела княжества Молдавии."
http://www.gazetasriblo.com.ua/velik...ch-(-1570-1622)

Упс! Отваря се главната страничка: В ляво - Великие и Выдающиеся, и на втора страница кликаме на - Сагайдачный П¸тр Конашевич ( 1570-1622)

[iwan45]

Да, наистина, много малко проучени тема, но интересна.е украинската дума (народна песен ) за поемане на Варна .. Има една дума -
Была Варна древността славно, но славно казаци!

http://www.youtube.com/watch?v=oWXQNw2n0aM

образы Казаков

[iwan45]

Иван Много интересно с тези морски нальоти на запорожките казаци. Доста дръзки луди кратуни. Впечатлен съм и от султанския указ (ако съм разбрал правилно), с който жителите на Синоп имат право да убият управителя на града, в случай, че се отдалечи на по-голямо разстояние от пушечен изстрел, и си седи в крепостта без да мръдне, както и от факта със среднощните рефрени на караула

Заради едните казаци, и великият везир го е отнесъл, с тази постановка дето сътворява с "пленниците"

Борба загубите на казаците в кампанията 1614 година за Синоп са били около 200 души. Общо казаци са -2000 войници(40 корабли) .. Също по обратния път към Запорозе са били нападнати от Татарите. С тях също е заловен битка .Kazaki също много имели благородни пленници -турци из Синопа(за откуп). Но бяха принудени да напуснат турци-пленници заради нападения в района река Днепър на Татар . Атаката на град Синоп в 1614 год. е първата атака Казаков на турския бряг на Анадола

[Guy de Mont Ferrand]

Здраво са го ужилили султана, особено със Синоп. Ама на казаците хич не им е пукало - нахлуване чак на срещуположния бряг на вътрешноосманското море, каквото е представлявало тогава "Кара Дениз".

[iwan45]

Да, но една кампания през 1615година е още по-смели и дьрзки и болезнени за Султана.Нападението бяха на брега на Босфора, казаци изгори два кея-Истанбула- Мизевну и Arhioki в близост до столицата на империята османската.... Това предаване номер 80 кораби-чайки (морски чайки), казашки, и около 4 000 войници -казаци. Най-интересното е, че султанът е изпратил в преследване на казаците турския флот, но казаци заловени няколко кораба на абордаж, а останалите платени по бегство .Pri този затворник има на командира на турския флот.- тежко ранен, той командир предлага за него откуп от 30 000 злоти, но умря.